"Боюсь петь под фонограмму" (интервью, "МК-Питер" 2000 год)

Пресса - Пресса

"Боюсь петь под фонограмму" ("МК-Питер", 2000 год)

- Андрей, ты единственный из бит-квартета, кто ни разу не развелся, не уехал из города... Ты во всем такой постоянный?

- Сложно об этом говорить. Просто я абсолютно доволен всем, что происходило в моей жизни.

- И ничего не хочешь менять?

- Дополнять - да. Видоизменять - нет. Вглубь, вширь - куда угодно. Но стержень все равно должен оставаться.

- А что сейчас поете?

- Несколько старых песен (совсем еще бит-квартетовских), несколько - периода трио "Секрет", остальные новые - пишу я. Иногда в соавторстве. С тем же Димой Рубиным, между прочим. Некоторые поклонники "Секрета" в штыки приняли одну из моих песен (2000 год). Но ведь надо и новых поклонников привлекать. И тогда я стал экспериментировать дальше. Это ведь не просто техно, от нее даже попахивает рейвом. В общем, мне абсолютно не сложно перестраиваться. Артист должен быть гибкий, как пластилин. При всем при этом - я сторонник живой музыки. А живую музыку невозможно исполнять в стиле техно.

- Что ты называешь живой музыкой?

- Это живые инструменталисты на сцене. Барабанщик должен стоять на сцене живой. На компьютере-то мы можем все что угодно. А мне нравится жить на сцене.

- И ты не боишься выходить на сцену?

- Абсолютно! Я боюсь только выходить на сцену под фонограму. Я боюсь не за свой голос - я могу выйти с одной гитарой и как Малежик петь весь вечер - но я страшно боюсь всевозможных технических неполадок. Я хочу быть честным перед людьми. И я не люблю, когда "дурят нашего брата". Тем более, что зрители за концерт деньги платят.

- Вы дома, на вечеринках поете?

- Да. Берем старые песенники и...

- ..."Выпьем за Родину, выпьем за Сталина"?

- Ну, не "за Сталина" - это все-таки не совсем наше. А, начиная с песни "Теплый ветер дует, замело дороги, и на Южном фронте оттепель опять...", и - пошло-поехало... У нас есть приятель - Саша Зальцман (он, между прочим, помог Леонидову подняться после Израиля, став его директором), он садится за рояль, и мы начинаем петь (по кругу) песни, где есть, например слово "город". И начинается: "Город над вольной Невой...", "Любимый город может спать спокойно", "В городах, где я бывал...".

- Ты сына своего музыкально образовываешь?

- Образовываю. Учится в Музыкальной школе имени Ростроповича по классу пианино.

- Слух значит есть.

- И слух абсолютный, и голос есть. И лени столько, сколько у меня. Ему нравится не процесс, а результат. Я, например, знаю, что у него скоро экзамен, и сажаю за инструмент: "Костя, надо выучить это и это". Он закрывается и первые минут семь играет то, что положено, а потом начинает сочинять музыку. "Послушай, что я сочинил!" - "Тебе заниматься надо, а не сочинять. Успеешь еще насочиняться..." Ноль внимания, фунт презрения.